Я — нормальный! Рассказ моего друга

Трансвестизм

К трансвестизму приходят разными путями

Все мы пришли к этому разными путями. Но нас много. Тех, кто обладает оригинальной сексуальной наклонностью — любит трансвестизм.

В далеком детстве, лет в девять, мне нравилось, оставаясь дома одному, копаться в маминых вещах. Особый интерес почему-то вызывал пояс для чулок со сложным механизмом застежек. И однажды я поддался соблазну надеть на себя эту конструкцию вместе с чулками. С той поры, когда дома никого не было, я надевал все это на себя, намазывал губы помадой, красил ресницы, прохаживаясь перед зеркалом. Мама однажды чуть было не застала меня за этим, слишком уж я увлекся и прозевал момент ее возвращения. В то время я не очень понимал разницу между полами, и только какой-то необъяснимый подспудный стыд заставил меня пулей скрыться в ванной.

Заперев дверь, я лихорадочно начал уничтожать следы краски на лице. Смутно помню, как потом выкручивался перед мамой. Она что-то спрашивала, я мычал что-то маловразумительное. Этот случай заставил меня стать более осторожным.

Трансвестизм

Постепенно приходил опыт в наложении макияжа и надевании женского белья

Подобные занятия я продолжал довольно долго. Постепенно приходил опыт в наложении макияжа и ловком надевании женского белья. Позже, в девятом классе, под Новый год в школе готовился праздничный костюмированный вечер. Друзья предложили мне для прикола нарядиться девушкой. Черты лица у меня достаточно женственные, и волосы в ту пору я носил длинные.

Предложение повергло меня в откровенный шок. Страшно мне было не от необходимости выставить себя на всеобщее обозрение в платье, а от того, как близки оказались мои друзья к моему самому интимному, тщательно мной охраняемому, секрету. Среди друзей, предложивших оригинальный новогодний костюм, были и девочки. Они-то и агитировали сильнее всех, и я поддался. Согласие вызвало бурю восторга, и девчонки сразу же умчались за аксессуарами. Через час священнодействие началось. Мне натащили довольно богатый гардероб.

Начали красить мне лицо. Я сразу оговорил условие, что посмотрюсь в зеркало только тогда, когда все будет готово. Длилось это довольно долго. Ребята встречали каждое новое движение кисточкой взрывами оптимистичного смеха, который разбирал и меня, мешая «стилистам» работать, поэтому все лишние были с позором выставлены за дверь. Я остался в компании шестерых увлеченно занимавшихся моим макияжем девочек, две из которых были мне небезразличны. Процесс шел с шуточками и прибауточками, но постепенно в комнате становилось все тише, пока наконец не наступила полная тишина.

Трансвестизм

Зеркало отразило прелестную девушку

Серьезно и молча, девочки рассматривали меня с некоторой подозрительностью. Я ошалело смотрел на них и не мог понять причину внезапно обрушившейся тишины. Процедура явно была закончена. В белой блузке, джинсах, кроссовках и блондинистом парике я вышел к изгнанным друзьям, которые при моем появлении враз замолчали и как один вперились в меня тяжелыми ошалевшими взглядами. Неужели так все жутко? Сразу к зеркалу. О Боже… Зеркало отразило прелестную девушку, красивую до такой степени, что невозможно было отвести взгляд. Все как-то сразу сообща засуетились, стали нервно и быстро собираться на праздник. А в моих ушах стоял триумфальный звон.

Это был сказочный вечер, пролетевший как один миг. Парни наперебой стремились пригласить меня на каждый танец. Я смеялся, с трудом сдерживая голос – ведь его-то «перекрасить» я не мог. В конце концов, все открылось, и все стали просто подходить ко мне, чтобы посмотреть. Последней подошла девочка, в которую я был давно и безнадежно влюблен, дотоле не уделявшая мне внимания, как я ни старался. Она просто взяла меня за руку и сказала: «Пойдем!».

Трансвестизм

В моих ушах стоял триумфальный звон

Мы долго гуляли по ночным улицам, то молча, то болтая взахлеб ни о чем, пока не раздались ее тихие, но хлесткие, как выстрел, слова: «Я хочу тебя!» Земля тихонько начала уходить из-под ног. Самым сказочным сном было бы просто тихонько поцеловать ее, но это… Опомниться мне она не дала. Выдохнув: «Я ужасно хочу тебя…», она потащила меня в ближайший подъезд. Что там происходило, не подлежит описанию, могу только сказать, что жильцов мы точно всех перебудили. Это были первые незабываемые впечатления от секса. Мы еще долго встречались, утопая в любви друг к другу, наслаждаясь, страдая, ссорясь и сладко мирясь. Пока, в конце концов, трогательно не расстались — просто жизнь развела в разные стороны.

Я связал свою жизнь с военной службой. После училища воевал в Приднестровье, там же и получил рану в плечо. После госпиталя – опять война, Нагорный Карабах. За это время перед моими глазами прошло много горя, терял поистине близких мне друзей, смерть ходила и возле меня. Грязь и копоть войны, казалось, должны были убить во мне детское увлечение женской одеждой. Должны, но не убили…

Трансвестизм

Я – нормальный! И я — трансвестит!

Я часто за шесть лет на войне ловил себя на мысли, что почти физически в окопах ощущаю рядом с собой чистую красивую женщину в том самом белье. Кто она? Может, это я сам, а может это — образ смерти, неотрывно сопровождавший меня все эти шесть военных лет, а может это чистый ангел моей души…

Сейчас мне уже 30. Много в жизни было женщин, но ни с одной я не получил истинного и полного удовлетворения. Хотя всегда знал, что для этого надо сделать. Я пытался предстать перед своей девушкой в образе женщины, но всегда встречал непонимание, граничащее с презрением: «А с виду – настоящий мужчина…»  или «Псих ненормальный!»

Военная психиатрическая экспертиза, которой подвергаются все, прошедшие через «горячие точки», установила, что я абсолютно нормален. Я – нормальный! И я — трансвестит!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *